ВЕРХОВНЫЙ СУД

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Дело № 48-АПУ15-7СП

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ г.Москва 8 апреля 2015 г.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе председательствующего Скрябина К.Е судейШмотиковой С.А. и ЗателепинаОК при секретаре Воронине М.А с участием прокурора Филипповой Е С , осужденного Миронова В.Г адвоката Пригодина В.В., рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного Миронова В.Г. и его защитника - адвоката Корякина К.И. на приговор Челябинского областного суда от 29 декабря 2014 года, постановленный с участием присяжных заседателей, по которому

Миронов В Г

ранее судимый,

27.09.2001 года по ч.З ст.30 -ч.1 ст. 105 УК РФ к 6 годам лишения

свободы, осужден по п. «а» ч.2 ст. 105 УК РФ к лишению свободы сроком на 19 лет в исправительной колонии особого режима, с ограничением свободы на 2 года и с установлением ограничений: не уходить из места постоянного проживания (пребывания) в ночное время суток с 22 до 6 часов по местному времени, не изменять место постоянного проживания (пребывания), не выезжать за пределы территории муниципального района Челябинской области без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием наказания в виде ограничения свободы, являться в указанный орган на регистрацию 3 раза в месяц.

Срок отбывания наказания исчисляется с 29 декабря 2014 года зачтено в срок отбытия наказания время содержания под стражей с 3 ноября 2013 года по 28 декабря 2014 года.

Приговором разрешен вопрос о судьбе вещественных доказательств.

По п. «в» ч.2 ст. 158 УК РФ Миронов В.Г. оправдан на основании п.п.3,4 ч.2 ст. 302 УПК РФ в связи с вынесением коллегией присяжных заседателей оправдательного вердикта. За ним признано право на реабилитацию в соответствии со ст. 133,134 УПК РФ.

Заслушав доклад судьи Шмотиковой С.А. об обстоятельствах дела содержании приговора и доводах апелляционных жалоб, выступления в режиме видеоконференцсвязи осужденного Миронова В.Г., адвоката Пригодина ВВ., поддержавших доводы жалоб, а также прокурора Филипповой Е.С. об отсутствии оснований для изменения или отмены приговора, Судебная коллегия

установила:

по приговору Челябинского областного суда, основанному на вердикте коллегии присяжных заседателей, Миронов В.Г. признан виновным в умышленном убийстве двух лиц, совершенном в ночь на 22 октября 2013 года

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденный Миронов В.Г. не согласен с приговором суда. Не отрицая свою причастность к лишению жизни потерпевших, указывает на отсутствие у него умысла на их убийство.

Полагает, что суд необоснованно отверг версию защиты, не учел провоцирующее, аморальное поведение потерпевших, нанесение тяжкого оскорбления, вызванного супружеской неверностью М Обращает внимание, что в ходе конфликта он также получил телесные повреждения, которые следствием и судом не приняты во внимание.

Оспаривает заключение судебно-психиатрических экспертиз, выводы которых были основаны, в том числе, и на его показаниях, данных после задержания в состоянии алкогольного опьянения. Считает, что в заключениях экспертиз имеются противоречия, они проводились в одном медицинском учреждении, в них принимали участие одни и те же эксперты в заключениях не указаны полные сведения об экспертах, отсутствуют данные об использованных методиках, которыми они руководствовались следователем не представлены его положительные характеристики, в постановлении о назначении экспертизы не указано какие материалы дела представлены для ее проведения. Оспаривает показания допрошенного в судебном заседании эксперта Р . Утверждает, что часть событий не помнит, вместе с тем у него не была взята кровь на анализ, в результате чего можно было подтвердить нахождение его в состоянии аффекта, а не эмоционального возбуждения, как установили эксперты.

Полагает, что в период следствия допущена фальсификация доказательств его виновности, с нарушением уголовно-процессуального закона производились осмотр места происшествия и выемка вещественных доказательств, часть из которых утрачена, протокол осмотра места происшествия оформлен не точно, что могло повлиять на установление истины.

На присяжных оказывалось воздействие, свидетели в их присутствии негативно характеризовали его, давая показания о том, что он угрожал жене словесно и в СМС-сообщениях.

Участвующий в деле прокурор, выступая в прениях, дал оценку доказательствам, не исследованным в судебном заседании председательствующий судья необоснованно отклонила его замечания на протокол судебного заседания.

Просит приговор в отношении него изменить в части квалификации его действий и назначить более мягкое наказание.

Адвокат осужденного Корякин К.И. полагает, что приговор в отношении Миронова является несправедливым, а назначенное наказание чрезмерно суровым. Обращает внимание на то, что Миронов вину свою в совершении убийства М иС не отрицал, но не согласен с квалификацией действий, т.к. не помнит всех событий. Полагает, что наличие противоречивых заключений экспертиз в отношении состояния Миронова на момент совершения преступления, должно было быть расценено судом в пользу осужденного с учетом требований ст. 43 Конституции РФ о том, что все сомнения в виновности лица должны толковаться в пользу обвиняемого. Считает также, что судом при назначении наказания не в полной мере учтены положительные характеристики Миронова и установленные смягчающие обстоятельства Просит об изменении приговора и смягчения наказания.

В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель просит оставить их без удовлетворения, а приговор - без изменения.

Проверив материалы уголовного дела и обсудив доводы апелляционных жалоб, выслушав объяснения осужденного и его адвоката, а также возражения прокурора, Судебная коллегия находит, что приговор суда постановлен в точном соответствии с вердиктом коллегии присяжных заседателей о виновности осужденного в причинении смерти двум лицам совершенном из ревности к М и в связи с внезапно возникшей личной неприязнью к С основанном на всестороннем и полном исследовании материалов дела.

Нарушений уголовно-процессуального закона в ходе предварительного расследования уголовного дела, на стадии предварительного слушания и в ходе судебного разбирательства, влекущих в соответствии с п.2-4 ст. 389.15 УПК РФ отмену или изменение приговора, постановленного с участием присяжных заседателей, по делу не установлено.

Как следует из материалов уголовного дела, при выполнении требований ст. 217 УПК РФ осужденному были разъяснены его права, в том числе на рассмотрение дела с участием присяжных заседателей и особенности рассмотрения дела этим судом, а также порядок обжалования судебного решения, принятого на основании вердикта коллегии присяжных заседателей.

Формирование коллегии присяжных заседателей произведено в полном соответствии с требованиями статьи 328 УПК РФ. Из протокола судебного заседания следует, что сторонами обвинения и защиты в полной мере реализованы права, предусмотренные уголовно-процессуальным законом, при отборе присяжных заседателей.

Исследование фактических обстоятельств данного уголовного дела осуществлялось в судебном заседании с учетом предусмотренных главой 42 УПК РФ особенностей судебного следствия, проводимого с участием присяжных заседателей.

Не основаны на материалах дела утверждения осужденного о формировании у присяжных заседателей предубеждения к нему в связи с оказанным воздействием на них со стороны государственного обвинителя.

Судебной коллегией таких данных не установлено. Согласно материалам дела Миронов обвинялся в совершении убийства своей бывшей жены М из ревности и С - из возникшей к нему неприязни.

Из протокола судебного заседания видно, что в ходе судебного следствия в присутствии присяжных заседателей исследовались только те фактические обстоятельства уголовного дела, по которым Миронову предъявлено обвинение и доказанность которых устанавливается присяжными заседателями.

Представление государственным обвинителем в состязательном процессе доказательств в обоснование данной позиции, в том числе допросы свидетелей обвинения, является его процессуальной обязанностью и не может расцениваться как оказание воздействия на коллегию присяжных заседателей.

Все доказательства, исследованные с участием присяжных заседателей относились к фактическим обстоятельствам дела.

Вопреки утверждению осужденного, данные о его личности взаимоотношений с потерпевшей исследовались в присутствии присяжных заседателей лишь в той мере, в какой они были необходимы для установления отдельных признаков состава преступления, в совершении которого он обвинялся (мотив преступления), что соответствует ч.8 ст. 335 УПК РФ.

Доводы осужденного об утрате такого вещественного доказательства как кусок обоев со следами, похожими на кровь, изъятый в ходе осмотра места происшествия и не представленный на экспертизу для установления наличия крови и ее принадлежности, не влияют на полноту и объективность установленных обстоятельств совершения преступления. Коллегии присяжных заседателей государственным обвинителем были представлены протоколы осмотра места происшествия, изъятия предметов с места совершения преступления и их осмотров, заключения судебно-медицинских и геномных экспертиз и другие доказательства.

Доводы осужденного о нарушениях уголовно-процессуального закона при осмотре места происшествия, изъятии предметов и их исследовании фальсификации органами предварительного следствия доказательств по делу являются несостоятельными. Протоколы следственных действий составлены с соблюдением требований статей 166,170,182-183 УПК РФ Несоответствие количества изъятых предметов с количеством осмотренных объясняется наличием среди осмотренных предметов 4-х конвертов, в которые были упакованы изъятые предметы, но не являющиеся вещественными доказательствами по делу, а подтверждающие лишь целостность упаковки изъятых предметов. В судебном заседании стороной защиты не высказывались возражения против исследования представленных доказательств и не ставился вопрос о признании их недопустимыми.

Возможность оглашений показаний свидетелей в связи с наличием в них противоречий разрешалась судом в строгом соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и в отсутствие присяжных заседателей, что подтверждается протоколом судебного заседания.

Не установлено Судебной коллегией и нарушений, которые бы ограничили права сторон на представление доказательств Председательствующим в равной мере обеспечивалась возможность участвовать в исследовании доказательств как стороне обвинения, так и стороне защиты, удовлетворялись и отклонялись ходатайства каждой из сторон, исходя из их содержания и вопросов, которые ставились перед судом.

Как следует из протокола судебного заседания, осужденный и его адвокат участвовали в допросах свидетелей, по предложению стороны защиты были допрошены свидетели С и Л исследованы материалы дела относительно телесных повреждений имевшихся у осужденного на момент его освидетельствования.

Таким образом, вопреки утверждению Миронова в апелляционной жалобе нарушений требования уголовно-процессуального закона при исследовании доказательств судом допущено не было. С учетом мнения сторон судебное следствие закончено в объеме представленных сторонами доказательств.

Прения сторон проведены в соответствии со ст. 292,336 УПК РФ в пределах вопросов, подлежащих разрешению присяжными заседателями Судебная коллегия не может согласиться с доводами Миронова о том, что при выступлении в прениях государственным обвинителем были изменены его показания и показания свидетелей, а также проанализированы доказательства, не исследованные в судебном заседании. Замечания поданные осужденным на протокол, относительно выступления в прениях государственного обвинителя и потерпевшего С , рассмотренные председательствующим судьей в соответствии со ст. 260 УПК РФ, оставлены без удовлетворения. Вывод суда о том, что в них Мироновым фактически оспаривается оценка доказательств, данная государственным обвинителем является правильным. Изучение протокола судебного заседания и приобщенного текста выступления в прениях прокурора опровергает доводы осужденного в этой части.

Вопросный лист сформирован по результатам предварительного и судебного следствия, позиции сторон, изложенных в судебных прениях, и соответствует требованиям уголовно-процессуального закона. Вопросы перед присяжными заседателями поставлены в понятных им формулировках.

Напутственное слово председательствующего соответствует положениям ст. 340 УПК РФ. Данных, свидетельствующих о нарушении председательствующим судьей принципа объективности и беспристрастности, а также об искажении исследованных в судебном заседании доказательств и позиции сторон, из текста напутственного слова не усматривается. После произнесения напутственного слова возражений по нему от сторон не поступило.

Вердикт коллегии присяжных заседателей соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, является ясным и непротиворечивым и согласно ч.2 ст. 348 УПК является обязательным для председательствующего судьи.

Коллегия присяжных заседателей пришла к единодушному решению о том, что вина осужденного в лишении жизни М на почве ревности к бывшей супруге и С из-за внезапно возникшей к нему неприязни путем нанесения неустановленным колюще-режущим предметом типа ножа не менее 24-х ударов М и не менее 17 ударов С доказана.

С учетом утвердительного ответа на основной вопрос обвинения присяжными заседателями оставлен без ответа вопрос под № 6, постановленный в соответствии с версией Миронова в ходе судебного следствия об обстоятельствах совершения преступления, которая заключалась в том, что, придя в квартиру и увидев бывшую жену и С в состоянии интимной близости, у него началась истерика, он ударил М , после чего она убежала из комнаты и вернулась с ножом пытаясь нанести ему удар, при этом он вырвал правую руку из захвата удерживавшего его С , перехватил нож, увидел кровь на своей руке. Последующих действий не помнит, придя в себя, обнаружил М иС без признаков жизни.

Исходя из установленных вердиктом коллегии присяжных заседателей фактических обстоятельств дела, судом дана правильная правовая оценка действиям Миронова В.Г. по п. «а» ч.2 ст. 105 УК РФ как умышленное убийство двух лиц.

Доводы апелляционной жалобы о необходимости переквалификации его действий на ст. 107 УК РФ ( убийство в состоянии аффекта) или ст. 108 УК РФ ( убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны) несостоятельны.

Выводы суда об отсутствии оснований для квалификации действий Миронова по ст. 108 УК РФ мотивированы в приговоре и являются правильными.

При обсуждении последствий вердикта судом надлежащим образом исследовано психическое состояние Миронова в момент совершения преступления. Согласно заключениям комиссионных судебных психолого психиатрических экспертиз Миронов в момент инкриминируемого ему деяния каким-либо хроническим или временным психическим расстройством не страдал. По своему психическому состоянию мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В момент совершения преступления не находился в состоянии физиологического аффекта, а находился в состоянии эмоционального возбуждения, что не оказало существенного влияния на его сознание и поведение.

Вопреки утверждениям осужденного в жалобах в описательных частях данных заключений указаны необходимые сведения об экспертах ( их образование, квалификация и стаж работы), имеются ссылки на примененные экспертами методики исследований, нарушений закона при назначении и проведении экспертиз для определения психического состояния Миронова судом не установлено, не усматривает их и Судебная коллегия.

Для разъяснения данных заключений по ходатайству осужденного поддержанному адвокатом, судом на стадии обсуждения последствий вердикта была допрошена Р входившая в состав комиссии судебных экспертов, которая подтвердила данное заключение.

Выводы экспертиз судом оценены в совокупности с другими доказательствами по делу и являются обоснованными.

С учетом изложенного Судебная коллегия находит обвинительный приговор, постановленный на основании вердикта коллегии присяжных заседателей, соответствующим требованиям уголовного и уголовно процессуального закона, оснований для удовлетворения жалоб осужденного и его адвоката не имеется.

При назначении наказания Миронову В.Г. судом учтены характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности виновного Установленный в его действиях рецидив преступлений признан в качестве обстоятельства, отягчающего наказание, а наличие малолетнего ребенка в качестве обстоятельства, смягчающего наказание. Судом также принято во внимание влияние назначенного наказания на исправление осужденного.

Согласно вердикту присяжных заседателей осужденный не заслуживает снисхождения.

Судом также не установлено каких-либо исключительных обстоятельств, существенно снижающих степень общественной опасности совершенного преступления или личности самого осужденного, дающих основания для применения положений ст. 64 УК РФ. Вывод об этом мотивирован в приговоре, с ним соглашается и Судебная коллегия.

Таким образом, наказание Миронову В.Г.назначено в соответствии с требованиями уголовного закона, соразмерно содеянному и отвечает принципам справедливости.

Вопреки утверждению осужденного о нарушениях уголовно процессуального закона при решении вопроса о судьбе вещественных доказательств данный вопрос разрешен судом в соответствии с положениями, предусмотренными ст. 81 УПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 389.13,389.20,389.28 УПК РФ, Судебная коллегия

определила:

приговор Челябинского областного суда от 29 декабря 2014 года в отношении Миронова В Г оставить без изменения а апелляционные жалобы - без удовлетворения Председательствующий

Судьи

Комментарии ()

    Судебная практика по статье 43 Конституции РФ